– А книга?

– Книги, если так можно выразиться, мое хобби. Даже больше, чем хобби.

Своеобразная смена обстановки, отдушина. Не у меня одного, кстати, такое увлечение. Булгаков, например, Чехов, если помните… Моэм, в конце концов. Психологи советуют периодически менять род деятельности. Например, с физического труда на творческий. И наоборот.

– А медицина настолько тяжелый физический труд?

– Еще какой. Порой приходится стоять у операционного стола по десять – двенадцать часов. В полном напряжении. Вы не представляете, что это такое. И если не разгружаться после этого, можно сойти с ума. Кто-то из моих коллег разгружается с помощью алкоголя, а я вот предпочитаю сочинительство. Небольшие эссе, рассказы, зарисовки. Все, что за день накопилось, выплескиваю на бумагу. Что не удалось сделать в жизни, удается в тексте. Это помогает лучше всяких антидипрессантов. Возможно, без этого я бы давно сломался, если можно так выразиться.

– А почему именно книги, а не музыка или еще что-нибудь?

– И рад бы музыку творить, но, увы… Способностей нет. Ни слуха, ни голоса. А сочинительство это мое. В принципе, говорят, любой человек при желании сумеет написать книгу.

– Как интересно. А ваши книжки выходили?

– К сожалению, нет, – с небольшим оттенком расстройства ответил Дмитрий Павлович, – во-первых, потребность в литературном творчестве возникла у меня не так давно, и написал я еще совсем немного, а во-вторых… Увы, рынок творческих услуг переполнен. Сейчас печатают, в основном коммерческих авторов, а я себя к таковым не отношу. Да мне и не надо, чтобы меня печатали. Главное, самому получать удовлетворение. Вот вы, например, не для продажи делаете такую прекрасную сливянку?

– Нет, конечно. Осенью слив много пропадает, я и использую.

– А могли бы и торговать. Но, видимо, вам это не нужно.

– Не нужно.

– Так и мне книгами. Возможно, потом, в старости, я что-нибудь и издам, а пока буду отводить душу. Денег на жизнь мне много не надо. Чтоб на еду да на бензин хватало.